экран для ванной 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Под одной из коек что-то зашуршало. Спикер парламента нырнула туда. Линдсей направил на нее камеру. Последовал пронзительный визг, короткая возня, и она появилась, волоча за собой ребенка. Поставив его на ноги, она завернула ему руки за спину.
Ребенок оказался темноволосым, грязным, неопределенного пола. Глаза его злобно сверкали. Одет он был в подогнанную по размеру униформу Восьмой орбитальной. Нескольких зубов во рту не хватало. На вид ему было лет пять.
– Значит, не все тут сдохли, – констатировал президент, нагибаясь и заглядывая ребенку в глаза. – Где остальные?
Он пригрозил ребенку ножом. Клинок появился в его руке словно из ниоткуда.
– Говори, гражданин. А то кишки выпущу!
– Погоди, – сказал Линдсей. – Ребенок ведь…
– Не суйся, гражданин. Этому солдатику вполне может быть и восемьдесят. Эндокринные процедуры…
Линдсей, присев перед ребенком, заговорил с ним поласковее:
– Сколько тебе лет? Четыре, пять? На каком языке говоришь?
– Да пустое, – сказала спикер парламента. – Маленькая койка здесь только одна. Наверное, роболеты его просто не засекли.
– Или пощадили, – предположил Линдсей.
– Ну да, счас, – скептически хохотнул президент. – Слушайте, мы ж его банковским блядям можем продать. Минимум три часа внимания.
– В рабство?! – ужаснулся Линдсей.
– Какое-такое рабство? Ты о чем? Не приплетай сюда разных теологий, гражданин. Государство освобождает военнопленного, передавая его третьей, незаинтересованной стороне. Совершенно законная сделка.
– Не хочу к блядям, – запищал ребенок. – Хочу к фермерам.
– К фермерам? – протянул президент. – Не понравится тебе у фермеров, микрогражданин. Может, тебя с оружием обращаться учили? Маленький боевичок нам бы не помешал. Пролезть, к примеру, по воздуховоду…
– Кстати, фермеров ты недооцениваешь.
Линдсей указал на экран. По внутреннему склону Дзайбацу шли, впрягшись в лямки волокуши, дюжины две фермеров. Они увозили мертвых солдат Восьмой орбитальной армии.
– Мать вашу! – зарычал президент. – Они бы и мне пригодились! Хотя, – ухмыльнулся он, – их тоже можно понять… В этих трупах – куча доброго протеина.
– Хочу к фермерам! – канючил ребенок.
– Пусть идет, – посоветовал Линдсей. – У меня совместные дела с Гейша-Банком, можно договориться с ними о поддержке для вас.
– Да? – Спикер парламента отпустила руку ребенка.
– Да, – кивнул Линдсей. – Дня через два я их уговорю.
Она взглянула мужу в глаза:
– А он – очень даже ничего. Давай назначим его госсекретарем.
Народный Орбитальный Дзайбацу Моря Спокойствия
02.01.16
Гейша-Банк располагался в комплексе старинных, покрытых для герметичности шеллаком и соединенных путаницей переходов из полированного дерева и бумажных раздвижных шлюзов зданий. Задолго до упадка Дзайбацу здесь были кварталы «красных фонарей». Такой преемственностью Банк гордился; талантливая молодежь продолжала и развивала эксцентрические традиции предков.
Оставив одиннадцать граждан Горняцкой Демократии Фортуны в антисептической сауне под мочалками бесстрастных банщиков, Линдсей отправился по делам. Пираты уже несколько месяцев не имели возможности нормально помыться. Тела их бугрились мускулами – результат прилежных занятий невесомостным дзюдо. Потную кожу покрывали устрашающие татуировки и следы сыпи.
Линдсей прошел в раздевалку и отдал свою униформу, полученную от Черных Медиков в чистку и глажку, облачившись взамен в мягкое коричневое кимоно. К нему подошел гейша-мужчина, из тех, что пониже рангом, в кимоно и оби:
– Чего желаете, господин?
– Я желал бы переговорить с яритэ.
Вежливый взгляд гейши на миг стал скептическим.
– Один момент. Я только узнаю, готов ли наш исполнительный директор к приему гостей.
Он исчез. Через полчаса на смену ему появилась гейша-женщина, блондинка в деловом костюме и оби.
– Мистер Дзе? Пожалуйста.
Он проследовал за нею до лифта, охраняемого двумя мужчинами, вооруженными электродубинками. Охранники были настоящими великанами – голова Линдсея едва доставала любому из них до локтя. Длинные, непроницаемые лица выдавали акромегаликов: деформированные, непомерно разросшиеся челюсти, резко выдающиеся скулы… Вероятно, растили их на гормональных стимуляторах.
Поднявшись на три этажа, лифт остановился.
Линдсей увидел прямо перед собой плотную завесу из ярких бус. Тысячи звонких нитей, унизанных бусинами, свисали с потолка, опускаясь до самого пола. Любое прикосновение тут же потревожило бы занавесь.
– Возьмите меня за руку, – велела банкирша. Линдсей осторожно шагнул следом, подняв ужасный трезвон. – Ступайте осторожно, – добавила провожатая. – Здесь западни.
Линдсей, зажмурившись, подался за ней. Наконец она остановилась. В зеркальной стене открылась потайная дверь. Линдсей прошел в личные покои яритэ.
Пол был выложен старинным деревом, натертым до темного глянца. Под ногами лежали плоские квадратные подушки с набивным орнаментом из стеблей бамбука. Слева от Линдсея находились двустворчатые стеклянные двери, ведущие на залитый солнцем деревянный балкон. Дальше располагался роскошный сад; среди скрюченных сосенок и японских вишен вились дорожки, усыпанные ослепительно белой галькой. В комнате стоял запах свежей зелени. Зачарованный, Линдсей любовался образами былого, не пораженного еще гнилью Дзайбацу, проецируемыми на фальшивые, никуда не ведущие двери…
Яритэ со скрещенными ногами сидела на одной из подушек. Это была престарелая механистка с ярко накрашенным ртом и полузакрытыми глазами змеи. Ссохшуюся ее головку украшал лакированный шлемоподобный парик, проткнутый длинными деревянными булавками. Расшитое цветами кимоно топорщилось жесткими складками; казалось, оно держится лишь на крахмале и на распорках. Внутри кимоно свободно поместились бы три таких, как она.
Вторая женщина сидела у правой стены лицом к изображению сада. Линдсей тут же узнал в женщине шейпера. Не только по изумительной красоте – ее окружало то самое, наподобие магнитного поля, неуловимое обаяние, присущее перестроенным. В ней соединились африканские и азиатские гены – миндалевидные глаза в сочетании с темной кожей. С выражением отрешенной преданности на лице сидела она, подогнув под себя ноги, перед белой клавиатурой синтезатора.
– Не забывай о своих обязанностях, Кицунэ, – не оборачиваясь, сказала яритэ.
Пальцы девушки пробежались по клавишам. Звуки синтезатора – древнейшего из японских инструментов – заполонили комнату.
Линдсей опустился на подушку, к старухе лицом. Сбоку к нему подкатил чайный столик. Кипяток заструился в чашку; фарфор издал легкий звон. Затем в чашку легла заварная ложечка с чаем.
– Ваши друзья-пираты, – заговорила старуха, – пустят вас по миру.
– Это – всего лишь деньги, – сказал Линдсей.
– Это – наша тяжелая малоприятная работа. Вы полагаете, нам приятно пускать ее по ветру?
– Я нуждался в вашем внимании, – сказал Линдсей.
Навыки дипломата с первых секунд включились в работу, но он опасался девушки. Вот уж кого он не ожидал здесь встретить, так это шейпера! К тому же в поведении старухи имелись какие-то странности. Наркотики, вероятно. Или механистская перестройка нервной системы.
– Вы явились сюда в одежде Черных Медиков.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87
 https://sdvk.ru/Firmi/Nicolazzi/ 

 Мэй Willow Sky