https://www.dushevoi.ru/products/dushevye-dvery/v-nishu/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Однако она сказала себе, что не имеет права жаловаться, когда знает, как голодают дети этих женщин.
Дети, возбужденные ее появлением в деревне, уже успокоились. Сирилла также обратила внимание, что мужчины, расположившиеся поблизости и внимательно наблюдавшие за каждым ее движением, жевали древесную кору, как будто это могло хоть в какой-то мере заглушить ставшее уже постоянным чувство голода.
Пока Сирилла разговаривала с женщинами, она время от времени посматривала в сторону леса. Ведь именно этой дорогой ее привели в деревню.
Она знала, что этой же дорогой приедет и герцог, и, когда вдали, четко выделяясь на фоне зеленой листвы, показались двое верхом на лошадях, ее охватила непередаваемая радость.
Он не подвел ее!
И в то же время она боялась, что он, движимый, как все другие землевладельцы, страхом перед новым всплеском революционного движения, привел с собой вооруженных грумов.
Нельзя было не узнать герцога по его гордой посадке, по его вороному жеребцу, и у Сириллы возникло такое чувство, будто поднявшаяся в ней теплая волна любви и восхищения хлынула к герцогу.
И Сирилла, и жители деревни наблюдали за приближающимся всадником.
Он и так скакал довольно быстро, но, увидев деревню, на которую указывал его проводник, он еще сильнее пришпорил лошадь и на сумасшедшей скорости понесся к окружавшей Сириллу группе.
Мужчины, женщины и дети стали медленно подниматься. Когда герцог приблизился к дереву, под которым сидела Сирилла, она бросилась к нему навстречу.
Ей казалось, что его глаза смотрят только на нее. Он спрыгнул с седла и, взяв ее протянутые к нему руки в свои, поднес их к губам.
— С тобой все в порядке? — обеспокоенно спросил он.
— Вы приехали! Я знала, что вы приедете! — воскликнула она.
— Ты сама попросила меня об этом.
— Я благодарю вас. Вы очень нужны здесь.
— В чем дело?
Сирилла махнула рукой в сторону виноградников.
— Лучше, чтобы вы сами все посмотрели.
— Что там такое? — спросил герцог.
— Филлоксера!
Мужчины, которых появление герцога повергло в полное изумление и лишило дара речи, наконец обрели способность говорить.
— Да, филлоксера! — подтвердил высокий мужчина. — Мы не виноваты в том, что она губит виноградники, из-за нее мы вынуждены голодать! Голодать, монсеньер! Взгляните на наших женщин, взгляните на наших детей, взгляните на нас!
Герцог обвел глазами столпившихся вокруг него людей.
— Вы не получали жалования? — спросил он.
Его слова вызвали страшный шум, потому что все принялись рассказывать ему, как долго они сидят без денег, как они были вынуждены скитаться по окрестным поместьям в поисках работы, которой не было; как им пришлось вернуться в деревню, потому что им просто больше ничего не оставалось.
Голоса мужчин, рассказывавших о своих мучениях и о том, как ужасно с ними обращались, становились все громче, в них уже звучала ярость, однако герцог все равно расслышал слова Сириллы:
— Дети голодают. Мне удалось спасти от смерти одного малыша, но остальные умрут, если им не помочь — и причем немедленно!
Герцог поднял руку, призывая всех к тишине. Как это ни удивительно, все подчинились ему.
— Я выслушал ваши жалобы, — сказал он, — и я считаю, что они вполне обоснованны. Теперь вы выслушаете мои указания и, надеюсь, последуете им. — Сирилле показалось, что люди внимают герцогу, затаив дыхание. — Вы немедленно выкорчуете лозы, расчистите землю и на этом месте посадите, как принято в подобных ситуациях, картошку и горчицу. На эту работу уйдет несколько месяцев, но вы прекрасно понимаете, что в течение следующих пяти лет эти виноградники должны оставаться под паром.
Герцог оглядел мужчин, которые внимательно слушали его.
— В течение месяца я решу, что будет лучше: снести вашу деревню и построить для вас новые дома в другой части поместья или расчистить расположенный к западу от вас участок леса и посадить там новый виноградник. — Он указал рукой в сторону леса и продолжил:
— Если почва достаточно плодородна и солнце хорошо освещает участок, я не вижу причин, почему бы не расширить территорию деревни Токсиз.
Как только до людей дошла суть сказанного герцогом, по толпе прокатился вздох.
— Нас это очень устроило бы, монсеньер, — наконец проговорил высокий мужчина. — Многие уже прижились здесь, — Мы должны очень тщательно разобраться в этой проблеме, — добавил герцог, — и ваше мнение по поводу того, стоит ли сажать новый виноградник, будет представлять для меня большую ценность.
В раздавшемся со всех сторон шепоте слышалось одобрение, в нем отсутствовали гнев и злоба, отличавшие все высказывания мужчин в течение последних нескольких часов.
Взглянув на стоящих поодаль женщин, герцог сказал:
— Как и моя жена, госпожа герцогиня, я считаю, что нужно оказать срочную помощь женщинам и детям, — на самом деле, всем вам. Вам немедленно выплатят ваше жалованье, а также компенсацию за те месяцы, во время которых вы ничего не получали.
— Сейчас я вернусь в замок, — добавил он, — и прикажу, чтобы вам доставили кур и коз с моей фермы. Вам привезут зерно и муку из моих амбаров, и вы снова начнете печь хлеб.
Его слова были встречены радостными возгласами женщин, которые просто не имели сил на более эмоциональное проявление своего восторга. От жалости к ним глаза Сириллы наполнились слезами.
Герцог вытащил из кармана кошелек.
— Боюсь, что у меня с собой мало денег, — сказал он, — но, думаю, этого будет достаточно, чтобы купить в соседней деревне самое необходимое на то время, пока не будут доставлены запасы. Я не собираюсь тянуть с этим. Подводы появятся сегодня к вечеру. — Опять раздались одобрительные возгласы, и герцог добавил:
— Думаю, мне пора отвезти свою жену домой.
Мужчины расступились, чтобы пропустить герцога и Сириллу, которые направились к своим лошадям. Многие женщины опустились на колени, и когда Сирилла проходила мимо них, целовали подол ее платья.
Сирилла с герцогом подошли к лошадям, и в этот момент из дома выбежала пожилая женщина, та самая, которая держала в руках сверток с новорожденным младенцем, когда Сирилла только появилась в деревне.
Она протягивала спасенного Сириллой малыша, который громко и сердито кричал.
— Благословите его, мадам, — попросила женщина. — Благословите ребенка, которого вы вернули к жизни. Вы — ангел, ниспосланный самим Господом Богом!
При этих словах женщина встала на колени и выставила перед собой кричащего малыша.
Мгновение Сирилла колебалась, потом она нежно прикоснулась к его голове.
— Господь уже благословил этого малыша, — сказала она. — Не я вернула его к жизни, а Всемогущий Господь, потому что только Он дает нам жизнь. — Все внимательно слушали. Продолжая держать руку на головке ребенка, Сирилла добавила:
— Я хочу попросить вас, чтобы вы назвали его в честь человека, который помог вам и который — я уверена в этом — будет способствовать тому, чтобы ваша жизнь стала счастливой и обеспеченной.
Она улыбнулась герцогу и тихо, но четко проговорила:
— Дайте ему имя Аристид!
— Это большая честь для нас, монсеньер, — сказал отец малыша.
— Тогда я рад, что вы назовете своего сына в мою честь, — ответил герцог.
Он подхватил Сириллу на руки и подсадил в седло. Потом вскочил на своего жеребца и обратился к собравшимся жителям деревни:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36
 магазин сантехники рядом 

 нефрит керамика кураж