https://www.dushevoi.ru/products/mebel-dlja-vannoj/komplektuishie/zerkalnii-shkaf/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Лоб герцога действительно стал прохладнее, кожа уже не была такой, сухой и воспаленной. Он еще что-то говорил, но уже тише и спокойнее.
— Теперь его светлость быстро пойдет на поправку, — сказал Хобсон.
Он накрыл хозяина чистым сухим полотенцем, а сверху — свежей простыней. Затем он приоткрыл иллюминатор, чтобы проветрить каюту.
Альдора только сейчас заметила, что яхта сбавила скорость, а потом и вовсе встала на якорь.
Так всегда поступал ее отец, чтобы дать команде отдохнуть.
Хобсон взглянул на хозяина и удовлетворенно улыбнулся:
— Сегодня его светлость будет спать спокойно, миледи. Сейчас вам тоже надо поспать. Я разбужу вас, когда солнце будет уже высоко.
— А вы уверены, что не хотите немного передохнуть?
— Я уже хорошо отдохнул, — отозвался Хобсон. — К тому же мне в отличие от вашей светлости не требуется заботиться о своей красоте!
Он улыбнулся Альдоре, и девушка в ответ рассмеялась.
— Хорошо, Хобсон. Но не стесняйтесь, будите меня, если вам понадобится помощь.
— Не волнуйтесь, миледи, я уверен, что его светлость доспит до утра.
— Тогда спокойной ночи! — улыбнулась Альдора. — И спасибо… за все.
Она отправилась к себе в каюту, разделась и легла.
Только теперь девушка почувствовала, как вымоталась за последние сутки.
Альдора боялась, что не сможет уснуть после всего, что с ней приключилось, однако стоило ей лечь под теплое одеяло, как она тут же погрузилась в сладкий крепкий сон.
Герцог сидел в кровати, обложенный мягкими подушками, и смотрел на Альдору.
Солнечный свет пробивался сквозь иллюминатор, золотил ее шелковистые волосы, создавая вокруг головы нечто вроде нимба. Герцог вновь подумал, что эта девушка красива какой-то необычной, неземной красотой.
На нее хотелось смотреть снова и снова.
Сейчас Альдора читала герцогу какие-то стихи, которые нашла в библиотеке. Ее голос звучал мягко и мелодично. Слушать ее было приятно и легко.
Девушка кончила читать и взглянула на герцога.
— Мне кажется, никто не смог бы лучше описать море в штормовую погоду! — сказала она. — Папа всегда читал мне что-нибудь вслух, чтобы отвлечь от морской болезни.
Музыка этих стихов так прекрасна, что забываешь о любых неприятностях.
Герцог все это время скорее любовался Альдорой, чем слушал то, что она читала, но тем не менее ответил:
— Сегодня погода просто чудесная, а море спокойно.
Даже не верится, что на свете существует морская болезнь.
— Да! — откликнулась Альдора. — Сегодня просто чудесно! Мне бы хотелось, чтобы вы тоже могли подняться на палубу и полюбоваться морем.
— Я встану завтра, — ответил герцог.
Альдора всплеснула руками.
— Вы уверены, что уже можно? А вдруг лихорадка и жар опять вернутся?
Решив, что ее слова не убедили герцога, она добавила:
— Будьте благоразумны! Мы с Хобсоном так старались, обтирая вас уксусом. Наверное, теперь этот запах всегда будет напоминать мне, как мы боялись за вас.
— Думаете, мне стоит извиниться?
— Я не прошу вас извиняться, но обещайте беречь себя и больше не пугать нас. Хобсон надеется, что вы будете благоразумны и побудете на яхте еще хотя бы дней пять-шесть.
— Вечно Хобсон кудахчет надо мной, как старая наседка! — недовольно проворчал герцог. — А вы…
Он замолк в нерешительности.
— Что — я?.. — спросила Альдора.
— Вы вдруг превратились в ангела-хранителя! Я-то считал, что вам больше по душе костюм воинственной амазонки!
Альдора рассмеялась:
— Неужели я произвожу такое впечатление?
Герцог ответил не сразу.
— Я хотел бы, чтобы наша вражда была забыта, — тихо произнес он. — Вы спасли мне жизнь, я не только ваш должник: я чувствую, что отныне обязан оберегать вас и заботиться о вас.
Он говорил вполне непринужденно, но от его взгляда не ускользнуло то, что на щеках девушки выступил нежный румянец, а в глазах промелькнуло смущенное выражение.
— Нам надо решить, — продолжал герцог, не давая заговорить Альдоре, — как я могу вас отблагодарить. Деньги вам не нужны, и драгоценностей, полагаю, у вас предостаточно. Могу я предложить вам в подарок прекрасного жеребца?
Альдора засмеялась:
— Вы так предусмотрительны! Такому подарку я не только буду очень рада, но он единственный, который мне позволительно от вас принять.
Герцог ответил не сразу.
— Альдора, мы не должны сбрасывать со счетов светские условности. Когда я смогу мыслить яснее, чем сейчас, когда перестанет действовать лекарство, которое наверняка мне дал Хобсон, чтобы успокоить боль, мы подумаем о вас.
— Обо мне? — растерянно переспросила Альдора.
— Полагаю, вы понимали, что, уступив просьбам Хобсона, чтобы остаться и заботиться обо мне, вы подвергли опасности свою репутацию. Если кто-нибудь узнает, что ночь вы провели на моей яхте…
— Не понимаю, как это может стать известно…
— Надеюсь, никто не узнает, но я подумал, что будет разумнее высадить вас на берег, чтобы вы могли добраться до дома как можно быстрее. Или у вас есть другой план?
Альдора несколько секунд молчала, стараясь собраться с мыслями.
— Вы предлагаете… мне… отправиться в обратный путь… одной?
— Я подберу вам прекрасного надежного скакуна. Такого можно найти в Плимуте. Мой капитан прекрасно разбирается в лошадях. Я всегда доверял ему представлять мои интересы на аукционах, на которых почему-либо не мог присутствовать сам.
Альдора не отвечала, вспоминая, как испугалась при виде разбойника с мушкетом.
Путешествие по незнакомой местности до Беркхэмптон-Хауса займет не менее трех дней. Перспектива провести эти дни в одиночестве пугала ее.
Герцог первым нарушил молчание:
— Я не смогу послать с вами кого-либо из команды.
Несмотря на самые строгие указания, неосторожно брошенная фраза может навести на мысль, что это мой человек, а там уж связать все факты воедино не составит труда.
Как раз этого мы и должны избежать.
— Да… конечно, — тихо проговорила Альдора.
— Есть еще один вариант, — продолжал размышлять герцог. — Полагаю, в Плимуте или Фалмуте нам удастся найти корабль, направляющийся в Саутгемптон. Рыболовецкие суда часто совершают этот путь.
Герцог нахмурился, продолжая, видимо, обдумывать что-то про себя.
— Но, боюсь, компания, в которую вы можете попасть, окажется не из приятных. Как бы вам не пришлось услышать какие-нибудь грубые высказывания, которые оскорбят вас.
При этих словах Альдора вздрогнула, снова вспомнив грубое и злое лицо грабителя.
Понимая, что герцог ждет от нее ответа, она неуверенно спросила:
— Обязательно… принимать решение… прямо сейчас?
Я бы предпочла подождать, пока вы окончательно поправитесь.
Герцог улыбнулся:
— Я бы тоже этого хотел. Мне нравится, когда вы рядом. Нравится беседовать с вами, Альдора. Но я не могу не думать о том, что, удерживая вас здесь, я подвергаю опасности вашу репутацию. Вы спасли меня от пули разбойника, я должен спасти вас от злых языков и беспардонных слухов, которые так легко распространяются в высшем свете.
Альдора улыбнулась:
— Это правда! Каждый раз, когда я слышу, как подруги моей матери, не останавливаясь, болтают о том, кто и что сделал или сказал, я не могу не поражаться, как бездарно они привыкли тратить время!
— Да, верно, — согласился герцог. — Но мне кажется, все женщины любят поболтать, так же как все мужчины любят испытывать свое мужество:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
 мойка на кухню из искусственного камня 

 плитка agatha