https://www.dushevoi.ru/products/smesiteli/dlya-vanny/germaniya/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

.
- А это плохо, оставил ментам вещдок...Приедем домой, выпьем водки, а ты возьмешь гитару...Слушай, Серго Орджоникидзе, почему ты с комвзводом Бандо не мог найти общего языка? Что он - распоследний мудак?
- У нас с ним противоположные взгляды...
- На жизнь? Так у всех они разные. Я уверен, что и ты не согласен с тем, что мы сегодня делали.
Карташов молчал.
- Конечно, не согласен, - повторил Одинец, - твое ментовское чистоплюйство не хочет с этим мириться.
- Возможно, - сквозь зубы процедил Карташов. - Но этого мужика, который с автоматом, брать не следовало. Он практически целый и сейчас, наверное, уже пришел в себя.
- Это не нам решать. Одной мрази больше-меньше, что от этого в природе изменится? Да ни хрена! Один волкодав ушел, другой пришел. Даже два придут на его место, поэтому отстрел никакого баланса между человеком и хищником не нарушит... Сейчас сворачивай на щебенку, объедем Балашиху.
- Лет десять назад я бы тебя за такие разговоры отдал бы под суд офицерской чести.
-Десять лет? Знаешь, сколько биллионов километров Земля вместе с нами пролетела с тех пор?
- А ты знаешь?
- Предполагаю. Ну, давай считать... В секунду она пролетает 30 километров, в минуту - 1800, а за сутки? А за год, пять лет? Охренеешь! Вечность отделяет нас от тех лет. А ты все топчешься на месте.
- Где ты, Саня, набрался всей этой ахинеи? - уже веселее спросил Карташов.
- У Гафарова, которого четыре месяца назад застрелил киллер. Кстати, у краснопресненских бань, на волне кайфа и полного благополучия.
- Большой, видать, ученый этот Гафаров?
- Большой авторитет. Очень большой! Брод его уважал и каждое воскресенье носит на его могилку цветы. Белые каллы - любимые цветы жертвы российского беспредела. В следующее воскресенье можем с тобой туда съездить, посмотришь, какие граниты людям ставят на черепушку.
- Памятники ставят в ногах, - уточнил Карташов, - и ногами выносят вперед и...в дверцы крематория...
- В этот раз, наверное, мы с тобой повезем туда останки...
- Заткнись! Я уже наездился, - категорически заявил Карташов. - Меня от всего этого буквально тошнит.
- Зато там тепло и уютно, как у бабушкиной печки.
- Купи себе вместо бронежилета электрическую грелку, тоже будет тепло и уютно, - Карташов с раздражением выбросил через форточку окурок.
Перед въездом в Лукино им позвонил Николай. Одинец, разговаривая, молча кивал головой.
- Есть, - сказал он, - мы поедем другой дорогой, - дав отбой, сказал:
- Они врубают мигалку с сиреной и на скоростях направятся к Блузману. А мы с тобой сменим номера и по Кольцевой рванем на Химки. Брод велел ехать в Ангелово.
- А мне хоть к черту на кулички, - невольно скаламбурил Карташов. - Вон впереди рощица, можем там поменять номера.
- Сворачивай, только рискуем там по уши застрять в грязи.
- А мы уже и так по уши в дерьме...
- Да перестань, Мцыри, ныть! Хочешь скажу тебе всю правду?
- Руби!
- Сейчас, только закурю...
Они свернули на залитую лужами грунтовую дорогу, ведущую к купам опавших деревьев. Одинец вжикал зажигалкой и тут же тушил огонек. Готовился к речи.
- А вот представь себе такую вещь... Ты продолжаешь служить в ОМОНе, веришь во всю эту перестроечную брехню и в один прекрасный день...Ну, допустим, подходит к тебе командир отряда и говорит: "Знаешь, Серый, мы получили задание ЦК - срочно нужно найти человека для пересадки почки..." Занемог, мол, наш дорогой и любимый генеральный секретарь и нам выпала великая честь ему помочь... Или ты хочешь сказать, что дисциплинированный боец, сознательный член партии, отличник боевой и политической подготовки, комвзвода, имеющий награды ЦК ВЛКСМ, МВД СССР отказался бы от такой чести...
Карташов безмолвствовал. Он рулил к леску, аккуратно, где это возможно, объезжая рытвины, в которых поблескивали в лунном отражении озерца воды.
- Ну что молчишь, Мцыри? Нечего сказать, да?
- Почему - нечего...Я уже взрослый мужик и не надо из меня делать олигофрена. Именно потому, как ты правильно заметил, я дисциплинированный и сознательный член партии, я бы у командира прежде спросил: - А где, товарищ майор, письменный приказ?
- А когда вы крушили таможни в твоей любимой Латвии, у вас тоже был письменный приказ? - Одинец завелся и не хотел сбавлять обороты.
- Ты же, наверное, знаешь, что был Указ президента страны, а отдельного письменного приказа, конечно, не было. Чтобы перейти улицу, что, тебе тоже нужен письменный приказ...В соответствии с президентским Указом рижский ОМОН вправе был принимать участие в упразднении таможенных пунктов на границе...
- Но ведь не жечь и крушить помещения и транспорт, принадлежащие таможне независимой Латвии?
- Нет, речь шла только об упразднении незаконных таможенных пунктов на границе...Тут как хочешь, так и толкуй.
- И вы, как понимали, так и толковали? Где тротилом, где пулей, а где и гранатометом. Неплохое, я тебе скажу, толкование...Не толкование, а толковище...
Карташов резко нажал на тормоз. И хотя ехали на малой скорости, Одинец от неожиданности едва не врезался головой в лобовое стекло.
- Вишь, никто не любит правды, - с улыбкой сказал он.
- Да какая, к черту правда! Сплошная де-мо-го-гия! Вот если бы мы тогда Указ президента выполнили на сто процентов, сегодня мне не надо было бы охотиться за бандитами и возить их потроха в крематорий. Ты спросил о том, почему я не мог с Бандо найти общий язык - верно? Да потому, что для него Указ был поводом, чтобы сжечь или взорвать таможню, разуть и избить таможенников, а это в основном была зеленая молодежь...как-то издевательски поиграть автоматом, а я хотел... - Карташов вытряхнул из пачки новую сигарету. - А я хотел, чтобы таможни не были пунктами по сбору взяток и помощниками контрабандистов. У нас с Бандо много было общего, особенно когда Союз стали резать по живому мясу. Но у нас с ним были методы разные. А потом обстоятельства стали сильнее нас...
- Вот именно, сильнее. И сильнее меня, а потому давай не будем хрюкать и страдать со слезами на глазах. Пе-ре-стро-ились, на кого теперь кивать? Так что бери отвертку и пойдем менять номера...
В Ангелово они прибыли уже в шестом часу. Брод, видимо, тоже всю ночь бодрствовал. И сильно нервничал, много курил, ибо цвет и помятость лица не свидетельствовали о безмятежно проведенной ночи. Когда Вениамин увидел их, он вышел из машины, в которой коротал ночь. Поздоровался.
- С меня, орлы, причитается, - он вытащил из пиджака конверты. Вручение денежной премии чем-то напоминало профсоюзное собрание по итогам работы за квартал. Он каждому пожал руку и вручил конверты. Еще один конверт он дал Одинцу.
- Это передашь диспетчеру "скорой", она нам сегодня дала неплохую информацию. Поедите домой или все вместе попьем кофейку с коньячком?
- Кофе мы с Мцыри попьем дома, а от стакана водки лично я не откажусь, - Одинец снял куртку, свитер. Скинул с плеч тонкий, израильского производства пуленепробиваемый жилет.
Когда они вошли в дом, Галина уже была на ногах. Одетая в свой шелковый халатик, в котором Карташов ее видел в первый день своего пребывания в Ангелово. Она была очаровательна утренней свежестью и прибранностью. Он обратил внимание на ее ухоженные руки. Когда их взгляды встретились, Карташов ощутил мощный прилив жизни.
Одинец выпил почти бутылку "Столичной" водки и пакет сока. Карташов, усевшись в кресло переобул кроссовку - немного завернулся на пятке носок и он его поправил.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76
 https://sdvk.ru/Sanfayans/Rakovini/iz-iskusstvennogo-kamnya/ 

 плитка keros personality