https://www.dushevoi.ru/products/mebel-dlja-vannoj/Edelform/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Имена других заговорщиков в Венгрии и Трансильвании были ему неизвестны. Полиция не могла напасть на их след. Матиас Шандор, Ладислав Затмар и Иштван Батори были совершенно спокойны на этот счёт. Поэтому они решили все отрицать, но если им будут предъявлены неопровержимые вещественные доказательства, то они готовы пожертвовать жизнью. Наступит день, когда на смену им явятся новые борцы за независимость. Другие вожди продолжат их дело. А если их признают виновными, они заявят во всеуслышание, на что надеялись и какова была их цель; рано или поздно эта цель будет достигнута. Они даже не станут защищаться и с честью падут за родину.
Граф Шандор и его друзья не ошиблись: полиция почти ничего не знала об этом деле. Она пыталась отыскать нити заговора в Буде, Пеште, Клаузенбурге и других городах, где по сигналу из Триеста должно было начаться восстание, но там ничего не удалось обнаружить. Вот почему правительство окружило такой тайной арест заговорщиков в Триесте. Заключив арестованных в Пизинскую крепость и стараясь, чтобы дело не получило огласки, пока не будут выяснены все обстоятельства, власти надеялись, что тем или иным путём им удастся разыскать автора зашифрованной записки, посланной в столицу Иллирии неизвестно откуда.
Но их надежды не оправдались. Ожидаемый сигнал не был, да и не мог быть подан. Движение замерло, и заговорщики на время притаились. Правительству пришлось ограничиться привлечением к суду только графа Шандора и его сообщников по обвинению в государственной измене.
Однако потребовалось несколько дней для предварительных розысков. Поэтому следствие по делу началось только 20 июня, тогда же состоялся и первый допрос обвиняемых. Им даже не дали очной ставки, и они впервые встретились лишь в зале суда.
По распоряжению правительства триестские заговорщики должны были предстать перед военным трибуналом. Известно, как спешно ведётся следствие по делам, которые рассматриваются на чрезвычайных заседаниях такого суда, как быстро проходят прения и приводится в исполнение приговор.
И на этот раз всё происходило именно так.
Двадцать пятого июня военный трибунал собрался в сводчатом зале Пизинской крепости, и в тот же день обвиняемые предстали перед судом.
Нельзя было ожидать ни долгих и оживлённых прений, ни каких-либо непредвиденных осложнений.
Заседание суда началось в девять часов утра. Граф Шандор, граф Затмар, профессор Батори и Саркани увиделись впервые после ареста на скамье подсудимых. Граф Шандор и его друзья обменялись крепким рукопожатием, как бы скрепляя свой союз. Лёгким кивком Ладислав Затмар и Иштван Батори дали донять графу Шандору, что они предоставляют ему говорить за них перед судом. Ни один не захотел поручать своё дело защитнику. Они одобряли все действия графа Шандора и были уверены, что на суде он сумеет постоять за всех.
Заседание суда проводилось открыто, то есть двери зала заседаний были открыты. Однако в зале почти никого не было, так как дело велось втайне и никто о нём не знал. Собралось не больше двадцати человек из числа служителей тюрьмы.
Прежде всего установили личность обвиняемых. Потом граф Шандор спросил председателя суда, куда их привезли и где происходит суд; однако он не получил ответа на свой вопрос.
Затем была установлена личность Саркани, но и на этот раз он не пытался выгородить себя.
Теперь обвиняемым была предъявлена копия записки, переданная предателями в руки полиции.
Когда их спросили, признают ли они, что получили оригинал этой записки, они ответили, что предоставляют суду доказать своё обвинение.
Тогда им предъявили сетку, найденную при обыске в столе графа Затмара.
Граф Шандор и его друзья не могли отрицать, что эта сетка принадлежит им. Да они и не пытались. В самом деле, что тут можно было сказать, как опровергнуть такую улику? Если эта сетка является ключом к шифрованной записке, значит записка предназначалась именно им.
Тут обвиняемые узнали, каким образом была раскрыта тайна заговора и на чём основывалось обвинение.
Дальше вопросы судьи и ответы обвиняемых были очень лаконичны.
Граф Шандор уже не мог отрицать своей вины. Он говорил не только от своего имени, но и от имени своих друзей. Да, они возглавляли движение, имевшее целью отделить Венгрию от Австрии и восстановить автономное Мадьярское государство. Если б их не арестовали, вскоре вспыхнуло бы восстание и Венгрия вновь обрела бы независимость. Матиас Шандор великодушно взял основную вину на себя и сказал, что он главный вдохновитель заговора, а его друзья играли лишь второстепенную роль. Но они опровергли его слова, заявив, что имеют честь быть его сообщниками и сочтут долгом чести разделить его участь.
Судебное разбирательство длилось недолго. Когда председатель суда стал допрашивать обвиняемых об их связях с другими городами, они наотрез отказались отвечать и не назвали ни одного имени.
– Довольно с вас и наших трёх голов, – сказал просто граф Шандор.
Затем он постарался снять обвинение с Саркани, доказав непричастность к заговору молодого конторщика, работавшего в доме Ладислава Затмара по рекомендации банкира Силаса Торонталя.
Саркани полностью подтвердил показания графа Шандора. Он ни о чём не подозревал и был поражён, услыхав, что мирный дом на улице Акведотто был очагом такого опасного заговора. Если он не протестовал против своего ареста, то лишь потому, что не имел понятия, в чём его обвиняют.
Графу Шандору и Саркани удалось без труда убедить суд в правильности своих показаний, к тому же судьи, по-видимому, имели особое мнение по этому вопросу. Вот почему, по просьбе следователя, обвинение, выдвинутое против Саркани, было почти тотчас же снято.
Около двух часов дня прения по этому делу были закончены, и суд тут же вынес приговор.
Граф Шандор, граф Ладислав Затмар и профессор Иштван Батори были признаны виновными в государственной измене и приговорены к смертной казни.
Осуждённые должны быть расстреляны во дворе крепости.
Казнь будет приведена в исполнение через сорок восемь часов.
С Саркани обвинение было снято, но он должен находиться под стражей и оставаться в крепости до приведения приговора в исполнение.
В этом же приговоре сообщалось и о конфискации имущества осуждённых.
Затем был отдан приказ отвести подсудимых обратно в тюрьму.
Саркани поместили в прежней камере, на втором этаже крепостной башни. Эта камера выходила в коридор, имевший в плане форму эллипса. Графа Шандора и его друзей перевели в довольно большую камеру, находившуюся на противоположной стороне того же коридора. Последние часы, оставшиеся до казни, осуждённым разрешили провести вместе.
Для них это было утешением, даже радостью; оставшись наконец одни, они дали выход переполнявшим их сердце чувствам. До сих пор перед судьями они сохраняли самообладание, но тут, оставшись с глазу на глаз, крепко обнялись.
– Друзья мои! – воскликнул граф Шандор. – Я один виноват в вашей смерти! Но я не стану просить у вас прощения. Ведь речь шла о независимости Венгрии! Мы боролись за правое дело! Мы выполняли свой долг. И нам выпала великая честь умереть за родину!
– Матиас, – ответил Иштван Батори, – мы глубоко благодарны тебе за то, что ты объединил нас для борьбы за великое дело – дело всей твоей жизни…
– А потом нас объединит смерть!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116
 https://sdvk.ru/Vodonagrevateli/Nakopitelnye/100l/ 

 плитка латина керамика ауреа