https://www.dushevoi.ru/products/dushevye-kabiny/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


«Ну-ну! … Но отчего же нет? .. Это только упростило бы дело, так как тогда было бы безразлично, кто из них выиграет».
О, как хорошо знала она человеческое сердце и в особенности сердце своей подруги!
Все трое принялись оживленно болтать о различных перипетиях партии, о различных инцидентах во время путешествия, о красотах природы, которыми они любовались, переезжая из одного штата в другой, о чудесах Йеллоустонского Национального парка, который Макс Реаль не мог забыть, об этих удивительных пещерах в штате Кентукки, о которых Лисси Вэг и Джовита Фолей сохранили неизгладимое впечатление.
Потом они рассказали случай с тремя тысячами долларов. Если бы не этот щедрый подарок мистера Гемфри Уэлдона, предложенный в такой форме, что не принять его было нельзя, то Лисси Вэг пришлось бы выйти из партии.
— Но кто же этот господин Гемфри Уэлдон? — спросил Макс Реаль, немного обеспокоенный.
— Прекраснейший и достойнейший старик, который проявил к нам большое участие, — ответила Джовита Фолей.
— В качестве держателя пари, разумеется, — прибавила Лисси Вэг.
— Вот уже кто не сомневается, что он на этом порядком набьет свои карманы! — объявила Джовита Фолей.
Макс Реаль промолчал о том, что у него тоже была мысль послать эту сумму в распоряжение молодой заключенной. Его удержала мысль: на правах кого уговорит он ее принять эти деньги?
Этот и следующий день Макс Реаль и подруги провели вместе в прогулках и беседах. Если Лисси Вэг не могла скрыть своего искреннего огорчения по поводу неудачи, постигшей Макса Реаля, то этот последний был, очевидно, очень доволен, невольно оказав этим услугу Лисси Вэг. И действительно, за последние сутки во всех агенствах замечалось большое оживление в пользу пятой партнерши, и репортеры то и дело являлись в Линкольн-Отель, чтобы интервьюировать Лисси Вэг, которая по-прежнему отказывалась их принимать. Что же касается держателей пари, то они поспешили изменить прежнему любимцу случая ради новой его любимицы. В результате создавшегося положения вещей выяснилось, что если Лисси Вэг вернется в штат Виргиния, в сорок четвертую клетку, покинутую Максом Реалем, то впереди нее окажутся только Том Крабб — в сорок седьмой клетке и X. К. Z. — в пятьдесят первой.
— А что же этот субъект с инициалами? Так до сих пор и не узнали, кто он?
— Не узнали, — ответил молодой художник, — он окружен еще большей таинственностью, чем раньше.
Само собой разумеется, что Макс Реаль, Лисси Вэг и Джовита Фолей не разговаривали исключительно только о различных перипетиях матча Гиппербона. Они говорили о своих семьях, о том, что у Лисси Вэг не осталось в живых никого из родных… О миссис Реаль, которая теперь окончательно переселилась в Чикаго и будет счастлива видеть у себя Лисси Вэг…
О том, что улица Шеридан-стрит очень недалеко от улицы Саут-Холстед-стрит, и так далее и так далее.
Но Джовита Фолей то и дело возвращалась к вопросу о партии и о дальнейших метаниях игральных костей.
— В конце концов, — сказала она, — вполне ведь возможно, что при следующем тираже ты, Лисси, водрузишь свой желтый флаг на последней клетке.
— Невозможно, мисс Фолей, это совершенно немыслимо, — заявил Макс Реаль.
— Но почему?
— Потому, что мисс Вэг займет теперь мое место в сорок четвертой клетке…
— Ну и что же из этого, мистер Реаль?
— То, что самое большое число, которое смогла бы получить мисс Вэг, было бы десять, а удвоенное десять составляет двадцать очков, которые заставят ее, перескочив через шестьдесят третью клетку, вернуться обратно в шестьдесят вторую. А тогда уже никакое выброшенное число очков не даст ей выиграть партию, так как одно очко, которого ей нехватит, не может быть выброшено двумя игральными костями.
— Вы правы, мистер Реаль, — ответила Лисси Вэг, — тебе придется подчиниться и ждать.
— Но, — продолжал молодой художник, — есть еще один удар, который мог бы быть очень плох для мисс Вэг.
— Какой именно?
— Если бы кости выбросили восемь очков, они этим послали бы ее снова в «тюрьму».
— Ну! .. Никогда! .. — вскричала Джовита Фолей.
— А между тем, — заметила, улыбаясь, молодая девушка, — это дало бы мне возможность освободить мистера Реаля.
— Говорю совершенно искренне, что я этого не желал бы, — сказал молодой человек.
— И я тоже, — объявила пылкая Джовита Фолей.
— В таком случае, мистер Реаль, — спросила Лисси Вэг, — какое же число очков вы пожелали бы мне?
— Двенадцать, так как это отослало бы вас в пятьдесят шестую клетку, штат Индиана, а не в самые отдаленные районы Дальнего Запада.
— Великолепно! — объявила Джовита Фолей. — Тогда при следующем тираже мы могли бы очутиться у цели?
— Да, если бы выбросили семь очков. Во всяком случае, — прибавил Макс Реаль, — вам нечего бояться пятьдесят восьмой клетки, так называемой Долины Смерти, в которую попал командор Уррикан, потому что для этого нужно получить четырнадцать очков, что невозможно. А теперь, мисс Вэг, примите вновь мои искренние пожелания, о которых я говорил вам в самом начале этой партии. Да поможет вам судьба одержать победу
— это мое самое большое желание!
Лисси Вэг ответила только взглядом, в котором ясно выразилось испытываемое ею в этот момент волнение.
«Несомненно, — мысленно сказала себе Джовита Фолей, — он по-настоящему очень мил, этот мистер Реаль, талантливый художник, которого ждет блестящая будущность. И пусть мне не говорят о скромном положении Лисси Вэг — она очаровательна, очаровательна и еще раз очаровательна, и ее не сравнить с этими дочерьми миллионеров, которые ездят в Европу для того, чтобы сделаться титулованными, нимало не интересуясь узнать, есть ли у этих князей княжества, у герцогов герцогства и не разорены ли все эти маркизы и графы».
Так рассуждала эта справедливая, хотя и легкомысленная особа, и, считая, что не надо слишком осложнять создавшегося положения вещей, она заговорила об отъезде.
Естественно, Макс Реаль, с своей стороны, настаивал на том, чтобы их пребывание в Сент-Луисе не закончилось так поспешно. Подруги могли оставаться тут до 18 июня, а на следующий день было только еще 13-е. Лисси Вэг, возможно, тоже казалось, что уезжать было еще немного рано… Но она этого не сказала и не спорила с Джовитой Фолей.
Макс Реаль не старался скрыть огорчения, которое причиняла ему эта разлука, но он чувствовал, что больше он не должен настаивать, и в этот же вечер проводил обеих молодых девушек на вокзал. Там он еще раз повторил:
— Вас будут сопровождать мои самые искренние пожелания, мисс Вэг.
— Спасибо… спасибо… — ответила молодая девушка, протягивая ему руку.
— А я? — спросила Джовита Фолей? — Для меня у вас не находится ни одного доброго слова?
— Есть такие слова, мисс Фолей, — ответил Макс Реаль. — У вас прекраснейшее сердце! .. Смотрите же хорошенько за вашей подругой в ожидании нашего возвращения в Чикаго.
Поезд тронулся, молодой человек остался на перроне вокзала и стоял там до тех пор, пока последние вагоны не исчезли в окружавшей их ночной темноте.
В этом уже нельзя было больше сомневаться — он любил, он любил кроткую, очаровательную Лисси Вэг, которую его мать, без сомнения, также полюбит, как только с ней познакомится. Никакие другие мысли — о том, что он проигрывал партию, что он принужден оставаться заключенным в этом городе, надеясь (очень проблематическая надежда!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106
 https://sdvk.ru/Sanfayans/Unitazi/Cvetnye/ 

 плитка imola