https://www.dushevoi.ru/products/mebel-dlja-vannoj/komplektuishie/zerkala/ovalnye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Хотите, я постучу?»
«И к нам выйдут три чечена. Хватит нам на сегодня переживаний». Индиана приложил ухо к двери. Тихо было в «его» квартире. Интересно, кто живет в комнате Толика? Бабка и дед по всей вероятности оба уже умерли. Уже тогда им было по семьдесят. Их комнату, может быть, занимают их родственники. У дочери их, вспомнил он, была уже тогда отдельная квартира… А его комната? Кто живет в ней? Зина? «Однажды, Саша, пролетарская девушка Зина, ей принадлежала моя девятиметровая светелка, привезла мне вечером давно обещанный стол и застала у меня «чужемужнюю жену» в черном бархатном платье со страусовыми перьями. Девушка Зина превратилась в каменный столб. Она до тех пор видела подобные создания только в фильмах, но в жизни никогда не встречала. Позаикавшись, она и парень, помогавший ей внести стол, удалились. На следующий день, в лаборатории, где они обе работали, девушка Зина выразила свое потрясение девушке Тоне, жене карикатуриста Володи Иванова. Я подозреваю, Саша, что Зина и сейчас помнит тот вечер, свою голую, крашенную желтой масляной краской комнату и Незнакомку в платье со страусовыми перьями».
«И умирать будет, будет помнить, — уверенно сказал Смирнов. — Вы так это кинематографично описали, что даже я, суровый бывший военнослужащий парашютно-десантных войск, внутренне задрожал».
«Ты мне никогда не говорил, что служил в парашютистах».
«Ну так вы у меня не спрашивали».
«Пардон, — сказал Индиана. — Я некрасиво погряз в прошлом. Я мало и плохо интересуюсь окружающими меня сегодня людьми. Пошли отсюда, Саша, отвлечемся от прошлого и вернемся в настоящее».
«Вы все с «вы» на «ты» перескакиваете. Можете меня навсегда на «ты» заклеймить.»
«Я люблю в зависимости от обстоятельств. Можно?» И Индиана стал спускаться.
Однако, оказавшись в пурге, он все же задрал голову на «свое» окно. Оно слабо светилось желтым. Не то лампочка у жильцов была бережливая, слабая, не то стекла окна запотели или залепило их вьюгой. Чуть дальше по Погодинской, за углом, он показал Смирнову закрытый крошечный «Гастроном». «Здесь, Саша, я и девушка со страусовыми перьями выпили весь их запас шампанского. Однажды пришел, прошу — две бутылки. Нет, говорят, шампанского. Как нет? Нет. Вы все и выпили. Наши местные водку пьют».
«Чувство эстетического, следовательно, преобладало в вас над материальными соображениями. Кстати, о выпивке, принятое в течение дня начинает из меня испаряться, вследствие значительного количества энергии, затраченного организмом на борьбу со стихиями, с чеченом в том числе. Я бы охотно пополнил содержание алкоголя в моей крови. А Вы? Хотите отправиться к арфисткам-близнецам? Помните, Батман приглашал нас у Центрального Рынка?»
Он согласился отправиться. Следовало найти телефон-автомат. Позвонить и получить адрес. Они зашагали. На сей раз Смирнов впереди.
«Скажите мне, Саша, почему так катастрофически немного человеческих существ на улицах. Даже если учитывать погодные условия. Боязнь преступности?»
«Йес, сэр, она самая. По теле-ящику им ежедневно капитан МВД повествует о преступлениях, совершенных в городе Москве за сутки. Плюс раз в неделю майор МВД сообщает им о количестве и характере преступлений, совершенных за неделю на территории всего Союза. После того, как вам подробно живописали историю трупа, удобно разрезанного таким образом, чтобы он поместился в трех чемоданах, вам почему-то не хочется выходить на улицу после наступления темноты».
«И двадцать лет назад, — сказал Индиана, — трупы в чемоданах встречались. Но о них не повествовали авторитетные майоры и капитаны. На хера они людей пугают, Саша. У нас во Франции так не поступают…»
Слабые мира сего

Индиана определил мать как старую хиппи. Русский вариант хиппи-мамочки двух близнецов девочек. Седые волосы пышной копной колючей проволоки. Батман в джинсах и тишорт выглядел много моложе, и без шапки на бровях — вовсе не хулиганом, но запущенным физически молоденьким юношей. Егорушка, длинноволосый, в сандалиях на босу ногу, фыркающий, улыбающийся, произносящий время от времени многозначительные бессмысленные фразы, был вначале помещен Индианой в разряд хиппи, как и мамочка. Но покопавшись в памяти (он же юродивый! Ну конечно. Иисусик!), Индиана поместил его в отряд русских юродивых. Чуть позже, опьянев, Индиана поместил Батмана, Егорушку, и поколебавшись, Смирнова, в пэдэ. То есть он стал себе говорить, что они пэдэ. Дело в том, что в сравнении с грубым народом на улицах, они и выглядели женственными пэдэ. Их, затерянных во вьюге, Индиане стало жалко. Себя ему тоже стало жалко. Может быть, оттого что он внезапно добежал до цели, делать на сегодня было больше нечего, программа выполнена, оказавшись вынужденно в простое, — наступила у него депрессия? А может быть, таким образом выражалось его разочарование. Индиана ожидал увидеть много десятков веселых молодых людей, а на месте обнаружилось лишь двое молодых и одна старая хиппи…
Квартира была маленькая. Две комнаты и кухня. Так как Батман и Егорушка уже были устроены на кухне, там играл у них кассетный магнитофон, пахло едой и горел газ, Смирнов и Индиана присоединились к ним. Сесть всем в узкой щели кухни было невозможно, посему они встали шахматными фигурами, и время от времени кто-нибудь опускался на корточки или на единственный стул. Они выпили коньяка за отсутствующих новорожденных. Мама выпила с ними, но сладкой водички из небольшой бутылочки. «Я им позвоню, — сказала мама. — Они в музыкалке, там они с друзьями».
«Батман, — сказал Смирнов, — как ты позволяешь, чтобы твоя девушка отиралась по всяким музыкалкам и отсутствовала на собственном дне рождения».
«Вижу, вижу, как машут над нею крыльями вороны… — Егорушка сполз в угол между кухонным шкафом и стеной и устроился там на корточках, заняв удивительно мало места. — Вороны мужского пола».
«Не пизди с пола, — дружелюбно оказал Батман. — Вы жрать наверное хотите, а, ребята? — И потряс в руке банкой тушеного мяса. — Открыть?»
«Открывай, не спрашивай, — Смирнов разлил в рюмки коньяк. — Берите, Индиана Иванович, выпьем за наше счастливое избавление из чеченского плена».
«Выпьем. Погано, однако, расхаживать по миру безоружным. Я бы пристрелил его с удовольствием. Есть типы, которых следует убивать. И чем скорее, тем лучше. Он унизил нас, этот горный человек».
«Да что с вами случилось, рассказали бы толком, — Батман содрал с банки верхнюю половину оболочки. Вкусно запахло нитратами и кальциями. Ножом Батман разделил мясо на произвольное количество кусков. — Приобщайтесь, господа. Мсье Индиана, цепляйте вилкой…»
«Нас взял на Трубной улице в плен горный муджахетдин и требовал выкуп — французский паспорт Индианы Ивановича. Так как я был принят горцем за бади-гарда французского гостя, то я подвергся грубому обыску, включая интимные части тела…»
«Интимные части тела…» — мечтательно произнес с полу Егорушка («Они все пэдэ», — подумал Индиана. — «Они придумали арфисток, на самом деле я попал на малину пэдэ. Ты пьян, Индиана!» — вступился за ребят самый внутренний, обыкновенно малоразговорчивый голос Индианы. — «Они симпатичные нормальные ребята. Сам ты пэдэ!»)
«К счастью, паспорт я оставил в отеле, — сказал Индиана. — Из осторожности».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73
 https://sdvk.ru/Aksessuari/Polochki/iz-nerzhavejki/ 

 Kerama Marazzi Аккорд