С доставкой закажу еще в Душевом 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

..
«Шведские» скамейки, стоявшие по стенам зала, являли собой зрительские трибуны и были забиты до отказа.
– То-лик!!! То-лик!.. – вопили болельщики Толика Самошникова.
Но громче всех кричала любимая девочка Толика – Лидочка Петрова.
Она стояла в кругу болельщиков Толика-Натанчика, и многие пацаны не могли глаз отвести от ее стройных ножек, еле прикрытых короткой юбкой...
В центре, на лучших местах, сидели бабушка Толика, его дедушка и их ближайший друг, дедушкин однополчанин, закройщик того же ателье – одноногий дядя Ваня Лепехин.
За спиной Любови Абрамовны дедушка Натан и старый одноногий Ваня прикладывались к горлышку плоской фляжечки из нержавейки.
– Как приятно, что за нашего болеет весь его класс! – тщеславно сказала Любовь Абрамовна.
Натан Моисеевич и одноногий Ваня переглянулись.
– Ох, Любашка... Что-то они не похожи на одноклассников! Сдается мне, что это его кодла, а он у их за главного!
– Что такое «кодла»? – удивилась Любовь Абрамовна.
Натан Моисеевич подмигнул Ивану, ответил уклончиво:
– Ну, это когда уже не пионеры, но еще, слава Богу, не комсомол...
На борцовском ковре, согнувшись в боевой стойке, Толик зорко следил за противником.
– Счас я тебя, сука, уделаю... – тихо сказал Толику Длинный.
– Не обоссысь, – спокойно ответил Толик.
Длинный не выдержал нервного напряжения, неосмотрительно рванулся вперед, в атаку...
...но Толик отступил всего лишь на один шаг назад и в сторону...
...тут же последовал мгновенный захват правой руки Длинного, и Толик молниеносно кинул его на ковер приемом «бросок через бедро».
Толик упал на Длинного, намертво прижал его лопатки к ковру и, не давая Длинному пошевелиться, стал искать глазами среди зрителей Деда, Бабушку, Ваню... но в первую очередь – Лидочку Петрову!..
* * *
На пьедестале почета выше всех стоял Толик.
Справа, на ступеньку ниже, – Длинный. Смотрел в сторону, злобно шмыгал носом.
Слева, на третьей ступени пьедестала, – веселый толстячок лет одиннадцати...
– То-ли-и-ик!!! – восторженно визжала Лидочка Петрова.
А кодла Толика свистела как сумасшедшая!
– Генетика – грандиозная штука! – восторженно воскликнул Натан Моисеевич. – Недаром ее так мордовали еще совсем недавно!.. Посмотрите, кто стоит на чемпионском пьедестале – это же вылитый я!..
– Точно! – радостно подтвердил одноногий Ваня. – Глянь-ко, Любочка...
– Боже упаси нашего ребенка от такого сходства! – Любовь Абрамовна почуяла запах алкоголя с двух сторон. – Когда вы уже успели нализаться?!
Но Натан Моисеевич был увлечен в этот момент только генетикой:
– Причем, заметьте, через поколение!.. Лешка – типичный Серега, весь в отца А Толька – вылитый я! Скажи, Иван!.. Помнишь, в сорок пятом, уже в Польше, под Колобжегом...
– Ну, ёбть!.. Он мне будет рассказывать!.. – хохотнул Иван.
Не таясь, он сделал глоток из фляжки и протянул ее другу Натану.
– Я вас умоляю! Я про этот Колобжег уже больше слышать не могу... – простонала Любовь Абрамовна.
* * *
А в это время Толика-Натанчика награждали грамотой, вешали на шею какую-то специальную «мальчиковую» медаль...
Небольшой духовой оркестрик играл туш, от восторга визжали девочки, свистели и орали дурными голосами пацаны-болельщики...
Натан Моисеевич Лифшиц нахально отхлебнул из фляжки и гордо огляделся.
– Ты чего головой крутишь? Ищешь кого? – встревожился Ваня.
Любовь Абрамовна иронично усмехнулась:
– Ванечка! Он ждет, что сейчас кто-нибудь крикнет: «Смотрите! Это дедушка чемпиона!!! Они же буквально одно лицо!!!»
ДУШ И РАЗДЕВАЛКА СПОРТШКОЛЫ
У входа в раздевалку, в окружении десятка пацанов из «наиболее приближенных», стояла Лидочка Петрова. В руках она держала медаль Толика и его грамоту победителя. Все ждали Толика Самошникова, который в это, время...
..голый, весь в мыльной пене, стоял под жалкой струей проржавевшего душа детской спортшколы своего района.
В соседней кабинке мылся толстячок, занявший третье место в весовой категории Толика-Натанчика.
– Ну, падлы!.. – с веселой злостью кричал толстячок. – Так клево, что ты его придавил, Толян! А то ведь они, дешевый мир, заявили этого вонючего Зайца по липе – ему еще в феврале четырнадцать исполнилось! А они в заявочном протоколе – ему, с понтом, двенадцать поставили, бляди!.. Он вооще не имел права в школьных соревнованиях участвовать! Он уже год в пэтэухе чалится... И главное, кто его заявил?! Та же школа, которая его и вышибла!.. Ну надо же?! Взрослым вооще ни на грамм верить нельзя!
– Ты-то как в полуфинале проиграл ему, Котик? Я смотрел – ты же так его мудохал, что ему вроде и деваться было некуда... И вдруг!..
– А я, когда перевел его в «партер» и только хотел «накатить», он мне и шепчет: «Не ляжешь – зарежу!» Ну, я и... – нехотя признался Котик.
– Эх ты, Котик-обормотик... Что же ты мне раньше не сказал?! Мои пацаны этому сраному Зайцу такое бы устроили! – сокрушенно проговорил Толик-Натанчик и вышел из душа.
Но тут в раздевалку вошли растерянный тренер Толика и двое молодых людей в застегнутых пиджаках. У одного пиджак сзади оттопыривался – там была кобура с пистолетом.
Из второй душевой кабинки вылез толстенький голый Котик.
– Который из них Самошников? – спросил один у тренера.
Тренер не успел ответить. Второй опер усмехнулся, сказал напарнику:
– Стыдно, коллега... Кто же в нашем районе Толика Самоху не знает? Да, Толик?.. А у дверей там – вся его хевра расположилась. Или нас увидела и разбежалась? Ну-ка, глянь.
Напарник приоткрыл дверь, выглянул в коридор. Не было там ни одного пацана. Стояла лишь растерянная Лидочка Петрова, держала в руках грамоту и медаль Толика Самошникова...
* * *
– Никого! – Новый опер прикрыл дверь. – Только девка какая-то...
– Не девка, а девочка. Понял, козлина немытая? – злобно сказал ему Толик и стал одеваться...
КОРИДОР ОТДЕЛЕНИЯ МИЛИЦИИ
В нечистом и мрачном коридорчике, у дверей с табличкой «Следователь по делам несовершеннолетних» сидели отец Толика – Серега Самошников, бабушка – Любовь Абрамовна и дед – Натан Моисеевич.
В выходном костюме он смахивал на рождественскую елку – так был разукрашен боевыми орденами и медалями...
– Фирочке ничего не сказали? – спросила Любовь Абрамовна.
– Нет, – хором ответили Серега и Натан Моисеевич.
– Натан! Ты позвонил этому старику генералу, которому ты зимнее пальто шил из воинского отреза? – спросила Любовь Абрамовна. – В прошлый раз он таки очень помог...
– Звонил, – глядя прямо перед собой, ответил Натан Моисеевич.
– И что? Он придет?
– Нет.
– Почему?!
– Умер.
КАБИНЕТ СЛЕДОВАТЕЛЯ ПО ДЕЛАМ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ
– Ну, чего, Самошников, до колонии допрыгался? Это который у тебя привод? Третий уже? – спросил тот, который был с пистолетом под пиджаком.
– Четвертый, – угрюмо сказал Толик.
– Тем более. Все. Отгулялся. Сейчас пока в камеру, а потом направим твое дельце в комиссию по несовершеннолетним...
СТОЯНКА АВТОМОБИЛЕЙ У ОТДЕЛЕНИЯ МИЛИЦИИ
К отделению подлетела потрепанная милицейская «Волга».
Из нее выскочила Лидочка Петрова, а из-за руля «Волги» – Лидочкин отец Николай Иванович Петров в гражданских брючках и потертой кожаной куртке.
– Папа! Папа!.. Второй этаж, налево по коридору!.. – нервно проговорила Лидочка.
– А то я не знаю. Не вздумай нос туда совать.
Худенький Петров в три прыжка одолел лестницу и.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
 магазин сантехники химки 

 Терракота Twisty