https://www.dushevoi.ru/products/akrilovye_assimetrichnie_vanny/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Пел хор, а на ступенях алтаря ждал, чтобы начать службу, архиепископ Кентерберийский. Он был просто великолепен в своей митре и ризе.
Корнелия ничего этого не видела. Ее глаза были прикованы к красному ковру, прямо перед собой, и поэтому она ничего не могла заметить, кроме алого ворса и белого букета из роз и ландышей в руке, и только когда осознала чье-то присутствие рядом с собой, чувство прорвалось сквозь пелену оцепенения, и она поняла, что рядом с ней герцог. Служба началась, но из всего, что говорилось, невеста не слышала ни слова, пока вдруг не обнаружила, как повторяет за архиепископом: «На радость и горе… в богатстве и бедности… в здоровье и немощи… любить и лелеять, пока смерть не разлучит…»
В этот момент она испытала шок, словно ее окунули в холодную воду, и до нее дошел смысл того, что происходит — она выходит замуж! Замуж за человека, которого ненавидит, презирает и тем не менее любит с горечью и болью, не поддающихся описанию.
Она выходит замуж. Когда герцог взял ее левую руку, он даже вздрогнул — так холодны были ее пальцы. А затем он надел ей кольцо и повторил за священником:
— Это кольцо — в знак того, что я беру тебя в жены… и буду предан тебе и душой, и телом… и все, что есть у меня, дарую тебе…
Корнелия едва сдержалась, чтобы не поднять его на смех, не выкрикнуть во всеуслышание, что он лжет. Ей вдруг пришла в голову дикая мысль: а что если ей повернуться и громко сообщить правду — что тогда будет?
«Он лжец и прелюбодей!»
Эти самые слова Корнелия повторяла себе вчера вечером, когда поднималась по лестнице в свою спальню, и, хотя она не совсем была уверена, что понимает их смысл, они причиняли нестерпимую боль, еще больше раня ее сердце, и без того смертельно раненное.
Пошатываясь, она вошла в комнату и прислонилась к двери, слепо уставившись в никуда. На ее бледном лице появилось такое странное выражение, что Вайолет тотчас отскочила от сундука, в который складывала вещи, и поспешила навстречу хозяйке.
— Что случилось, мисс? Вам плохо?
— Не трогай меня! — воскликнула Корнелия, а затем добавила: — Подай мне шляпу и пальто.
— Но, мисс, не можете же вы выйти из дому в такой час, — запротестовала Вайолет.
— Подай мне пальто, — настаивала Корнелия.
— Которое, мисс? — спросила Вайолет. — И куда вы собрались?
— В Ирландию. Я уезжаю сейчас же… сию же секунду.
— Да что произошло, мисс? Что вас так расстроило? — не унималась Вайолет.
Вместо ответа Корнелия внезапно закрыла лицо руками и pyxiryna на стул. Вайолет тут же опустилась рядом с ней на колени и обняла хозяйку.
— Не надо! Не принимайте все так близко к сердцу, мисс.
— Так ты знала!
Корнелия отняла руки от лица. Она не плакала — есть вещи, которые выше слез.
— Да, мисс, — тихо ответила Вайолет, — знала. Слуги болтают. Там внизу нет секретов.
— А я-то думала, он полюбил меня!
— Знаю, мисс. Я знаю, что вы чувствовали. И что бы я ни сказала, вы все равно думали бы по-своему. Мне оставалось только молиться, чтобы все вышло по-вашему..
— Я не знала… совершенно не предполагала… — пролепетала Корнелия. — Тетя Лили настолько старше его… хотя она такая красивая… что я даже могу понять, почему он любит ее. Но использовать меня в своих целях… жениться на мне только ради того, чтобы видеться с ней — это жестоко! Это подло! Такое злодеяние мог выдумать только… дьявол.
На глаза Вайолет навернулись слезы.
— Бедная моя госпожа, — тихо проговорила она.
— Но я люблю его! — гневно воскликнула Корнелия. — Ты можешь понять, Вайолет? Я все еще люблю его! Мне бы следовало ненавидеть этого человека, мне бы следовало больше никогда не видеться с ним!
Она на секунду прикрыла глаза, чтобы отгородиться от ужасной картины, которую сама выдумала, потом легко вскочила со стула.
— Укладывай вещи, Вайолет. Возьми самое необходимое, мы уезжаем.
Но Вайолет не сдвинулась с места.
— Если вы сейчас уедете, мисс, вы никогда больше его не увидите. Он ни за что не простит вам скандала, учиненного в последний момент. Подумайте, что станут говорить — на свадьбу приглашена королева, внизу сложены подарки, все газеты оповещены. Вы выходите замуж не за обыкновенного человека, мисс. Его светлость — герцог!
— Ты думаешь, мне не все равно, кто он? — спросила Корнелия. — Я полюбила мужчину, а не его герб. Уеду в Ирландию. Вернусь к людям, которых я знаю и понимаю, вернусь к лошадям, которые никогда не лгут, не предают и не хитрят!
— Но вы ведь все еще любите его светлость, — тихо сказала Вайолет.
— Да, я до сих пор люблю герцога, — согласилась Корнелия, — но и ненавижу тоже за то, какой он есть, за его поступки, за жестокость и подлость.
— А поможет ли отъезд в Ирландию забыть обо всем? — спросила Вайолет. — Подумайте, мисс, прежде чем сделать какой-либо шаг. Вы можете убежать, но будете ли вы от этого счастливее? Как тяжело выносить боль утраты, лежать ночами без сна и думать о нем, и знать, что нет ни одного шанса увидеться с ним завтра, и жаждать услышать его голос, и дотронуться до его руки! О мисс! Я знаю, о чем говорю. Нет ни одной минуты, когда бы я не думала о том, кого люблю, и не сознавала в отчаянии, что никогда больше его не увижу… никогда!
— Вайолет, я даже не представляла, что ты можешь так чувствовать.
Яростным, несколько патетическим жестом Вайолет смахнула с глаз слезы.
— Что проку о том толковать? — спросила она. — Мне стыдно собственной слабости, но от этого я не стала слабее. Все это я говорю вам, мисс, только для того, чтобы вы подумали, прежде чем поспешите действовать. Его светлость, быть может, и есть таков, как вы говорите, но все же вы любите его. Если бы мы, женщины, любили мужчин только за их достоинства, то не много на свете нашлось бы страдающих сердец. Думайте не о нем, — продолжала она, — а о себе. Когда вы станете его женой, он будет привязан к вам, по крайней мере, именем и положением. Вы войдете хозяйкой в его дом. И куда бы ни завлекло его воображение, он обязательно вернется домой, к вам.
Корнелия беспокойно вышагивала по комнате. На секунду она остановилась у окна, выходящего в парк, затем снова обернулась к Вайолет.
— Как мне вынести все это? — спросила она срывающимся голосом. — Как я могу видеть его и знать, что у него нет ко мне никаких чувств, кроме сознания того, какая я удобная ширма, чтобы спрятать чувство к другой?
— А если вы не увидите его, мисс? — сказала Вайолет. — Если вы уедете, разве вы не станете все время думать о том, что он делает в данную минуту, с кем сейчас, кто занимает его мысли? Если же вы выйдете за него, вам все будет известно. Если нет — вас будет мучить неизвестность.
— Да, это правда. То, что человек воображает, гораздо хуже того, что есть на самом деле, — сказала Корнелия.
— Именно так, мисс, именно так.
— И за что нам такие страдания, Вайолет? Неужели хоть один мужчина стоит того?
Корнелия задала вопрос и, ожидая ответа Вайолет, подумала, как все-таки слабы женщины и как зависимы от мужчин. Только мужчины могут принести им счастье или горе, только мужчины могут наполнить их жизнь солнечным светом или погрузить во тьму отчаяния.
Тем временем внизу герцог обнимал тетю Лили, клялся ей в любви, умолял убежать с ним, а Лили — глупое, безвольное и пустое существо — отказала ему. Только презрения достоин тот человек, подумала с отвращением Корнелия, который ценит любовь так мало, что положение в обществе становится для него важнее чувства!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60
 https://sdvk.ru/Sanfayans/Unitazi/Jacob_Delafon/Jacob_delafon_Panache/ 

 Alma Flicker